Статьи

Андрей УГАРОВ
Русский охотничий журнал. Декабрь 2012

Среди стран континентальной Европы, в которых развивалось производство охотничьего оружия, Бельгии принадлежит особое место. В последней четверти XIX века там выпускалось столько же оружия, сколько во всех остальных европейских государствах вместе взятых. Так, в 1890-х годах в Льеже было подвергнуто испытанию более миллиона ста тысяч ружей, а в Сент-Этьене - немногим более 40 тысяч. В конце XIX века в Льеже насчитывалось почти 200 производителей оружия. Среди них были как компании с мировой известностью, так и безвестные кустари, не имевшие собственного производства и занимавшиеся исключительно сборкой ружей, Большая часть изготовленного оружия шла на экспорт, Одним из основных импортеров бельгийского оружия была Россия. Особой известностью пользовались ружья льежской компании Auguste Lebeau.

Auguste LebeauВ 1865 году ружейный мастер Август Лебо решил открыть в Льеже свою собственную компанию. Имя Лебо было хорошо известно знатокам и ценителям охотничьего оружия. Так, к нему часто обращались стрелки с просьбой изготовить ружье для садочной стрельбы. Садочные ружья, помимо отличного баланса, посадистости и безупречного функционирования механизмов, должны были обладать резким и кучным боем для надежного поражения птицы в пределах очерченного крута. Изготовленные Августом Лебо ружья отличались высочайшим качеством, техническим совершенством и изысканной отделкой.

Имея такой опыт, Лебо объединил вокруг себя команду единомышленников, чтобы начать производство ружей высокого разбора. Необходимо отметить, что бельгийские оружейники не разделяли мнения английских коллег по поводу того, какой замок должен устанавливаться на ружья высокого разбора. Англичане считали, что единственно возможным вариантом является замок на боковых досках, бельгийцы же полагали, что вполне допустимо устанавливать и замок в колодке.

Если первое время Лебо копировал ружья лучших английских производителей, то через некоторое время он нашел собственную нишу: стал изготавливать ружья, отличавшиеся резким боем. Масса стволов ружей Лебо при стандартной длине была заметно меньше, чем у конкурентов. Это было именно то ружье, о котором мечтали охотники с подружейными собаками.

Мастер находился в постоянном творческом поиске: он не ограничивал себя изготовлением отработанных и хорошо известных конструкций, как, например, двустволка или дриллинг. Лебо создавал уникальные образцы оружия, среди которых следует особо выделить карабин залпового огня, сконструированный им по заказу петербургского торговца оружием Лардере. Есть сведения, что тот получил этот заказ от князя Горчакова. Пятиствольный карабин под патрон калибра .22 предназначался, как сказано в описании, «для охоты на уток, гусей и прочую дичь».

В скором времени талант Августа Лебо был оценен по достоинству. Так, в 1876 году он был удостоен Гран-при на выставке в Филадельфии, посвященной 100-летию США, почетного диплома и золотой медали на парижской выставке в 1878 году, большой серебряной медали на промышленной выставке в Санкт-Петербурге в 1897 году. Вполне вероятно, что петербургский успех бельгийской компании не прошел незамеченным для взошедшего на русский престол в 1894 году Николая II: он заказал у Lebeau в конце 1897 года парные ружья 20-го калибра со стволами длиной 75 см. Они получили номера 31831 и 31832. Впоследствии эти ружья войдут в каталог компании под номером 98 как модель Grande Russe (кстати, императорские ружья также имели замок в колодке).

К 1905 году компания Lebeau стала пользоваться в России большой популярностью. Об этом косвенно свидетельствует тот факт, что в каталогах многих оружейных магазинов присутствовали ружья Lebeau, причем даже в тех, которые не продавали ружья этой компании. Российская аристократия начала активно заказывать у Lebeau ружья, что нашло отражение в названии моделей оружия, выпущенных компанией и впоследствии вошедших в каталог: «Граф Шереметев», «Князь Голицын», «Князь Куракин», «Князь Кудашев». Если говорить абсолютно точно, то с технической точки зрения эти ружья, конечно, не были «моделями», это были скорее варианты исполнения, отличавшиеся гравировкой, резьбой, длиной стволов, параметрами ложи. Аналогичную картину мы наблюдаем у ведущих производителей оружия и сегодня: есть несколько базовых моделей, которые дорабатываются в соответствии с пожеланиями заказчика.

Lebeau-CourallyВ 1896 году Август Лебо, возможно, предчувствуя близкую кончину, пригласил на работу в компанию одного из лучших оружейников своего времени Фердинанда Куралли и сделал его своим партнером. С того времени компания обрела название, которое она носит и сегодня — Lebeau-Courally. Фирма получила право называться поставщиком ряда королевских домов Европы — Испании, Италии и, конечно, России.

Начало XX века совпало с усилением бельгийской колониальной экспансии. Резко возрос спрос на боевое оружие. Бельгийской армии требовался крупнокалиберный револьвер. В 1902 году Фердинанд Куралли подписал договор с Webley & Scott о поставках армейского револьвера, производимого компанией, в Бельгию. В свою очередь, компания Lebeau-Courally получила возможность выставлять свое оружие в демонстрационном зале Webley & Scott в Лондоне. В результате такого тесного сотрудничества была создана новая фирма, получившая название Webley-Lebeau-Courally Continental Firearms Makers. Она продолжила выпуск ружей модели Grande Russe с замками в колодке и «Князь Куракин» с замками, фактически копировавшими извлекаемые замки Вестли Ричардса.

Во время Первой мировой войны Фердинанд Куралли уехал во Францию, где в 1919 году принял решение уйти из компании. С его уходом на базе фирмы было учреждено «Континентальное анонимное общество по производству огнестрельного оружия Август Лебо-Куралли», которое возглавил Филипп Рив. Именно ему приписывают достижение договоренности с английской компанией Boss о лицензионном производстве бокфлинтов. Ружье получило название «Модель 112». Именно это конструктивное решение позволило начать выпуск ружей, сохранивших за Lebeau-Courally статус производителя ружей высокого разбора. Позже появилась Модель 112 типа Boss. В этом ружье модификации подвергли подвеску стволов на коробке (было использовано цапфенное соединение по патенту 1913 г. лондонской компании James Woodward) при сохранении внешних обводов вертикалки Босса.

После окончания Второй мировой войны компании потребовались значительные усилия, чтобы возобновить производство. В течение первых пяти послевоенных лет ежегодный объем выпуска ружей не превышал 15 единиц. Экономическое положение ухудшалось. В 1955 году в компании работал лишь один мастер — Жиль Мор. В 1956 году после смерти Филиппа Рива фирма оказалась на грани банкротства.

Спасение пришло оттуда, откуда никто не ждал. Страстный охотник, стрелок и любитель оружия Жозеф Верре купил компанию, обеспечил финансирование, привлек к работе высокопрофессиональных оружейников, таких как Жорж Пьет (он проработал техническим директором компании до 1986 г.) и Жиль Барон (именно он внес наибольший вклад в модернизацию УСМ и подвески блока стволов Босса-Верре) и поставил перед ними задачи, созвучные тем, что были озвучены в свое время Августом Лебо, — возобновить производство ружей высокого разбора.

У Верре уже был опыт работы в оружейных компаниях: после Первой мировой войны он трудился (правда, бухгалтером) в ARMAF, объединившей Льежскую мануфактуру и компанию Ronge J.-B. Fils. Потом он перешел в банк, а после Второй мировой войны Жозеф Верре все-таки открыл собственную оружейную компанию, а в 1949 году вместе с Николя Остом учредил фирму Verrees & Oste. Она просуществовала три года, после чего партнеры расстались. Верре вновь начал работать самостоятельно ив 1956 году решил купить компанию Lebeau-Courally и все права на использование этой торговой марки.

Перед Верре стояла лишь одна проблема — финансовая. Но бывший банковский служащий умел считать деньги. Его стратегический расчет оказался точным, а конструкторские решения гениальными. Ружье с вертикальным расположением стволов Boss-Verrees, выпускаемое по настоящее время, является вершиной инженерной мысли Lebeau-Courally. В этом бокфлинте органично сочетаются прочность, элегантность, престижность и эксклюзивность.

После смерти Жозефа Верре в 1982 году главой фирмы стала его племянница Анна-Мари Мерман. Она воспитывалась в семье Верре и с детства интересовалась охотничьим оружием. Повзрослев, выполняла в компании административную работу, принимала участие в оружейных выставках, поэтому было вполне логичным, что именно она возглавила дело в этот достаточно сложный период. В 1980-е годы произошло существенное изменение приоритетов на рынке престижного оружия. Под натиском итальянских оружейников англичане сдали позиции законодателей оружейной моды. Чтобы соответствовать требованиям времени, Анна-Мари решилась на резкое изменение производственной программы компании. Lebeau-Courally стала выпускать оружие, которого не было в старых каталогах: африканский штуцер, горный штуцер, ружья с вертикальным и горизонтальным расположением стволов .410 калибра, модель Boss-Verrees 20-го калибра. Расширение ассортимента помогло сохранить старых и привлечь новых клиентов. Может быть, именно такие смелые шаги и предопределили судьбу компании: ведь многие фирмы, столь же популярные в начале XX века (Francotte, Bury, Duchateau), сегодня уже не существуют.

В 2007 году в компанию пришел новый генеральный директор Корнелис Маннетье, сделавший ставку на активный выход на международные рынки. Несмотря на то, что в настоящее время практически все производители оружия высокого разбора принадлежат международным холдингам luxury-индустрии, Корнелис Маннетье уверен, что подлинно независимый производитель такого оружия вполне способен занять полагающееся ему по праву место на мировом рынке. Сегодня Lebeau-Courally выпускает 25 ружей и карабинов в год. Главный упор делается на выпуск крупнокалиберных штуцеров и карабинов, что, впрочем, неудивительно: многие клиенты компании — страстные трофейные охотники.

В сегодняшней производственной программе Lebeau-Courally присутствуют 7 моделей оружия. Это гладкоствольные ружья Baron (с вертикальным расположением стволов 12-, 16-, 20-го калибров) и Prince (с горизонтальным расположением стволов 12-, 16-, 20-, 28-го и .410 калибров) с замками на боковых досках. Естественно, ружья малых калибров изготавливаются на колодке соответствующего калибра.

Двуствольный штуцер Dauphin с горизонтальным расположением стволов под патроны калибра 9,3x74R, 8x57IRS рекомендуется для охоты на крупных европейских животных. Болтовой карабин Marquis может быть изготовлен под патроны любого калибра от .222 Rem до .505 Gibbs. Киплауф Archiduc идеально подойдет для горных охот. Он выпускается под патроны от .243 Win до .300 WinMag включительно. Карабин Chevalier с вертикально скользящим затвором предназначен для использования на охоте мощных патронов, таких как .338 LapuaMag. Двуствольный штуцер с горизонтальным расположением стволов Big Five (его предназначение ясно из названия) удовлетворит запросы взыскательных охотников на крупных и опасных африканских животных. Он выпускается под патроны .375 Н&Н, .470 NE, .500 NE и другие.

Оружие Lebeau-Courally представляет собой абсолютное совершенство не только в техническом плане. Оно великолепно и с эстетической точки зрения. С компанией сотрудничают лучшие граверы мира — Педерзоли, Торколи, Педретти, Галеацци, Гобби и другие. Каждый покупатель оружия Lebeau-Courally может быть уверен, что он приобретает не только уникальное оружие, но и часть истории, нашедшей материальное воплощение в результате труда бельгийских оружейников.


Добавлено: 17.01.2013
Вернуться