Статьи

Владислав ЛЕСНЯК, Анна ЧИВРИКОВА
Мастер ружье № 8(185) Август 2012

Льежская испытательная станция

(часть 2)

Согласно бельгийским законам путь огнестрельного оружия к сейфу владельца должен лежать через Льежскую испытательную станцию. Это касается любого оружия, будь то произведённого бельгийскими заводами или частными мастерами, так и импортированного из-за границы, в том числе самостоятельно ввезённого гражданами. Он начинается с разгрузочной площадки внутри главного корпуса. Оттуда оружие попадает в главный зал. В день нашего посещения станции был привоз очередной партии браунинговских вертикалок с завода. На их примере отследим путь оружия в процессе тестирования на станции. В зале оружие распаковывают из заводской тары, затем проводят первичный осмотр - специальным калибром проверяют патронники стволов. Проверенное оружие тележками перевозят в цех контрольного отстрела. Цех напоминает огневой рубеж стрелкового тира - помещение делится перегородками на изолированные боксы, в каждом из которых установлено оборудование для отстрела оружия и системы вентиляции. Мастер заряжает ружьё патронами, закладывает в установку, фиксируя зажимами в специальной укладке, и набрасывает проволочную тягу на курки. После того, как крышка установки будет закрыта, мастеру останется только потянуть за тягу, выведенную наружу установки. После отстрела он возвращает ружьё на тележку. Когда вся тележка отстреляна, она возвращается в главный цех, и все отстрелянные ружья подвергаются вторичному осмотру, который и определяет годность оружия. Как говорят сами мастера, техника, конечно, развивается и сильно помогает, но при осмотре канала ствола главным инструментом по-прежнему остаётся человеческий глаз, эффективную замену ему пока не придумали. Если осмотр отстрелянного оружия не выявил никаких дефектов, то ставят клейма приёмки. Клейма должны дать максимум информации об оружии: каким патроном отстрелян, какой дробью/пулей может стрелять, какой патрон может применяться, год испытания и т.д. Естественно, два клейма являются обязательными: клеймо льежской станции и личное клеймо мастера, принимавшего оружие. Наносят клеймение по-разному: для гладкоствольного оружия используют лазерную установку - она клейма выжигает, для нарезных стволов могут применять станки с гидравлическим приводом. Конечно, на рабочих местах мастеров есть молотки, и они могут по необходимости выбивать клейма вручную, но это исключение. За каждым мастером-приёмщиком закреплено своё личное клеймо - заглавная литера под звёздочкой. В день посещения станции работали мастера с клеймами - «F» и «В». Как признались мастера, когда применялся только механический способ клеймения, были случаи повреждения гладких стволов - всё- таки стенки у них очень тонкие. Поэтому появлению лазерной установки были очень рады. К тому же лазер управляется компьютером, и мастеру надо только указать, какие клейма выжигать и нажать кнопочку «Enter». Одновременно на принтере распечатывается отчёт с полной информацией об испытательном отстреле и его результатах. Это документ на бланке станции, прилагаемый к каждому испытанному ружью. После нанесения клейм ружья упаковываются и возвращаются на завод, где завод может выполнить с ними какую-нибудь финишную работу.

Кроме гражданского оружия через станцию идёт мощный поток армейского оружия, один FN чего стоит. Для удобства его отстрела станки на станции немного доработали. Поскольку присылается не готовое изделие, а только ствол и части затвора, то универсальное крепление извлекли и вварили раму винтовки. При тестовой стрельбе меняется только ствол. На другой установке проводят такой же отстрел, но уже для личинок затворов. Успешно прошедшие отстрел детали будут клеймены и возвращены на завод. Есть установка для отстрела пистолетов, она отличается размерами и устройством крепежа оружия. Когда отстреливаются автоматические пистолеты, то в станке зажимается один магазин и остаётся только насаживать на него очередной проверяемый пистолет.

В главном зале мы заметили удивительную тележку: она была заставлена разносортным оружием, включая пулемёты. Это оказался привоз из полиции. Станция проверяет и деактивирует оружие, подлежащее уничтожению - в данном случае это был полицейский конфискат. Это была необычная партия: кроме немецких ручных пулемётов, полиция привезла американские крупнокалиберные пулемёты

Браунинга. Скорее всего, это был трофей времён Второй мировой: подобрали, например, со сбитого американского бомбардировщика или украли с армейского склада. Но никто не мог понять, зачем обычному гражданину, пусть даже с криминальными наклонностями, такой пулемёт?! У него такая отдача, что невозможно стрелять не то что с рук, но и с сошек или лёгкого станка. Такой пулемёт должен быть закреплён на капитальной станине, как на тех же бомбардировщиках. Да и поразвлечься с таким пулемётом незаметно не получится: грохот тяжёлого пулемёта поднимет на уши всю округу. .. Видимо, пулемёт хранили на всякий случай, руководствуясь старым житейским принципом: в хозяйстве всё пригодится.

Было ещё несколько тележек с разносортным оружием. Это оружие поступило от обычных граждан. Например, бельгиец покупает за рубежом винтовку. По возвращении, чтобы она была в легальном обороте, он обязан сдать её на Льежскую станцию для контрольного отстрела. Другой случай, когда гражданин сдаёт оружие на станцию - разного рода работы по ремонту или тюнингу, когда они затрагивают главные детали типа ствола, патронника или затвора. Поставленный новый ствол или старый ствол, но с патронником, развёрнутым под новый боеприпас, тоже требуют контрольного отстрела, даже если само оружие уже проходило когда-то через станцию.

Частные мастера-оружейники так же должны тестировать своё оружие на Льежской испытательной станции. Для этого в одной из комнат установлен универсальный станок, в котором можно зажимать ствольные блоки любой формы. Кстати, бельгийские мастера с гордостью замечали, что требования Льежской станции очень схожи с требованиями британской станции в Бирмингеме, но чуть строже. То есть, если на ружье стоит клеймо бельгийской станции, то клиент будет спокоен. Не думаем, что владельцы ружей с британскими клеймами плохо спят или нервничают при стрельбе, но вот факт, которым очень гордятся льежцы: когда легендарная фирма Смит-Вессон решала, какой станции отдать предпочтения для продукции, продаваемой на рынках Западной Европы, она выбрала станцию в Льеже.

Кроме оружия станция также тестирует и сертифицирует патроны. Испытание боеприпасов и пороха на станции не имеет такой длинной истории, как отстрел оружия, но, тем не менее, это одна из самых славных страниц истории Льежской станции. В конце 19-го века станцию возглавил Жюль Полан (Jules Polain). Именно под его руководством на станции началась серьёзная исследовательская работа, вызванная «пороховым вопросом» - так в Европе называли проблемы, вызванные переходом с дымного на новые бездымные пороха. Оружейники столкнулись с тем, что давление новых порохов было значительно выше старых, участились случаи разрыва стволов и повреждения оружия.

Работы «на глазок» с новыми составами были смертельно опасны, и требовалось дать оружейникам новую точную информацию по материалам. В 1885 году на станции открылась лаборатория по испытанию порохов. Вскоре был куплен крешерный датчик и установлен на испытательный ствол. Так был создан прототип крешерного баллистического оружия. Устройство довели до ума: установили по стволу цепочку датчиков, и в 1892 году устройство «системы Жюля Полана» стали использовать для измерения давления пороха. Крешерное оружие закупалось многими странами и принесло заслуженный авторитет станции, как исследовательскому учреждению.

А в 1910 году случилось событие, которое послужило толчком к созданию C.I.P. (Commission Internationale Permanente pour l'Epreuve des Armes a Feu Portatives — Постоянная международная комиссия по испытанию ручного огнестрельного оружия). Правительство Австо-Венгрии пригрозило отказом признавать клейма станции Льежа и французской станции в Сент-Этьене. Германия готова была присоединиться к австрийцам. Директором льежской станции уже был Жозеф Фрекин (Joseph Fraikin). Он сумел собрать в 1910 году в Брюсселе конгресс, посвящённый стандартизации испытаний и взаимному признанию их результатов. Переговоры были успешными, дело двинулось, и в 1914 году участники подписали протокол о создании единого органа, отвечающего за правила проведения испытаний порохов и оружия. Но до Первой мировой оставались считанные дни. К идее специальной организации вернулись спустя много лет после войны и в 1929 году C.I.P. была учреждена. С учётом реального вклада в создание Комиссии, опыта и авторитета, первым председателем C.I.P. был единогласно избран директор льежской станции Жозеф Фрекин и оставался на этом посту до самой своей смерти в 1960 году.

Таким образом, испытательная станция в Льеже внесла огромный вклад в усовершенствование испытательного оборудования и повышение безопасности оружия и боеприпасов. И более того, в какой-то момент стала локомотивом для льежской оружейной промышленности, помогла ей перейти на новый уровень, позволивший конкурировать с лучшими мировыми компаниями. Благодарим директора Льежской испытательной станции г-на Жан-Люка Стассана (M.Jean-Luc Stassen) за организацию посещения станции и помощь в подготовке данной статьи.

Добавлено: 14.06.2013
Вернуться